Красивая фантазия венецианского стекла

История создания муранского стекла в вольном изложении

Цветные бусины, легковесные бирюльки, прозрачные подвески…Кто не играл с ними в детстве? Кто не тешился ими в юности? Кто не восхищался в зрелости? Что это и откуда явилось? Кто придумал выдувать цветное стекло? Был ли это каприз фантазии, или утешение философии, или тайный восторг души? Цветное стекло — что это? Бледная копия арийский копий или роскошь венецианской зауми? А может быть, это потаённое переживание души, когда-то уловленное чутким поэтическим вдохновением…Венецианское стекло словно бы придумано поэтом, но этот поэт был варваром.

[metaslider id=2140]


Рим лежал в руинах, Европа стояла в девственных непроходимых лесах, а где-то там, если долго плыть по морю, на поворотах Балканского полуострова лежал сказочный город Константинополь — город неописуемой красоты, город восточной роскоши, город несметных сокровищ, одним словом, Царьград! Там на торжище вся Азия вымывала свои богатства, клубилась пыль под копытами белых кобылиц, курились ароматы восточных смол и пряностей, шумели ряды, торговали самоцветами. Смарагды и яхонты, рубины и сапфиры, лунные опалы и пышного узорочья яшмы, бледно-лиловые аметисты и золотистые топазы, зеленоватые турмалины и прозрачные хризолиты, бирюса всех оттенков небесного…Ряды торговцев каменьями тянулись от края до края и терялись в дымке. Камни отливали гранями, дыбились корундами кристаллов, перетекали мягкой округлостью форм. Подобно богато брошенному покрывалу, они мерцали игрой полутеней, влекли неясной природой стихийного, шептали сокровенные тайны Земли. Лоно её было их колыбелью, там был их исток — их родное и вечное. Здесь они были гости, вышедшие на шумное торжище, чтобы явить великое могущество природы! Они были её посланцами, её послами, её языком. Языками пламеня вздымались слепящие искры граней, изумруд терялся в сапфире, рубин мерк в бриллианте, опал засыпал в агате.

[metaslider id=2141]


Зачарованным варвар ходил по торжищу и дивился. Перед ним расстилались богатства Азии — древней, немереной и великой! За спиной лежала покрытая лесами Европа, которую копай перекопай — такой стихийной красоты не сыщешь! И варвар ужаснулся тому, что вот он сядет на свой корабль и вернётся домой, и померкнут смарагды, и угаснут яхонты, и исчезнет весь этот сонм теней, и никогда он не увидит волшебной игры, тайны зарниц…И варвар отказался мириться с этим.


Пусть Европа бедна, Азия безмерно богата, но душа — она везде душа. Её нельзя утешить простым признанием факта. Её можно утешить только высокой игрой вымысла. Для этого вымысел должен стать явью. И он придумал цветное стекло. Он наворожил венецианское богатство. Он подарил нищей Европе радужный азийский сон. Венецианское стекло — это грёзы европейца о несметных сокровищах Азии, это поэма огней, это поэзия восторга пред неизбывным величием бытия!

[metaslider id=2172]


Долго и кропотливо учился варвар своему ремеслу, смешивал тонкий песок, добавлял марганец и кобальт, вдохновлялся золотой смальтой византийских мозаик. И грёза его сбылась, чаяние исполнилось. Цветные камушки из стекла подарили радость забытого воспоминания. Из далёкой Галлии в гости к венету прибыл франк. Он удивился красоте неуловимого перетекания красок и восторженно признался в этом. — А, что это! — махнул рукой ремесленник-стеклодув — Ты вот плыви за поворот налево, там увидишь царь-город Константинополь. Вот где несметная красота! Вот где горят на солнце все переливы красок! Франк послушался, сел на корабль и поплыл, а когда вернулся к стеклодуву, сокрушённо покачал головой и сказал: — Да, невиданно, но уж очень далеко везти! Так что я куплю у тебя твоё цветное стекло и потешу своих соотечественников!


Везти стекло было хлопотно и небезопасно, да и дорогое было стекло — много не навозишься. Франк думал, как ему быть: стекла мало, а душа хочет им любоваться! Тогда горизонталь константинопольских рядов с самоцветами он обратил в вертикаль витражных проёмов. И заиграло, и заискрилось, и закружилось!


В гости к франку наведался кельт и восхитился. Франк отправил его к венету. Кельту было далеко ехать, но в Венецию он попал. Стеклодув отрешённо махнул рукой и в ответ на его восторги отослал того по морю, в Царьград. Но кельту далее ехать было уже не с руки: он устал, путешествие затянулось. Кельт сказал: — Мне и твоё стекло хорошо! — и повёз цветные витражи для своих первых соборов. Так огнём протекло по Европе венецианское стекло, от Константинополя до Альбиона, и тайна его уснула в рецептах старинного мастерства.

[metaslider id=2176]


Константинополь пал, униженный поруганием. Венецианское стекло торжествовало, XVII век видел его триумф. Но Англия не видела самоцветов азийских, она видела только цветное стекло. Разобьёшь, стеклодув выдует новое. И английская революция замахнулась на витражи. Он не рушила церкви, не взрывала каменную кладку соборов, она била цветное стекло. Оно для неё было стекляшкой. За ним ничего не стояло. Вернее, стояла пустота. До сих пор старинные церкви в далёких селениях Англии поражают слепотой оконных проёмов, которые так не вяжутся с высокой стрельчатой готикой Средневековья.


Но франк витражей не бил, французская революция их миловала. Франк помнил, что венецианское стекло — не просто цветная безделушка, но великое подобие божественных зарниц Земли, которое она выбрасывает на поверхность нашей жизни — карбункулы драгоценных сгустков!

Вам также может быть интересно:


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *